Сочинения

Вопрос - Понятие и теории альтруистического взаимодействия. Когда мы помогаем друг другу

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Размещено на http :// www . allbest . ru /

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ УКРАИНИ

ДОНЕЦКИЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

КАФЕДРА ПСИХОЛОГИИ

Курсовая работа по теме

“Альтруизм - эгоизм как общечеловеческие ценности и психологические феномены”

Студента 1 курса

дневного отделения

филологического факультета

специальности “Психология”

Гаюхи Вадима Вадимовича

Донецк 2010

Введение

Раздел 1. Психологические теории личности с точки зрения их отношения к феноменам эгоизма и альтруизма

1.1 Теории, считающие побуждающим к развитию человека фактором - окружающее человека общество

1.2 Теории, находящие источник развития личности внутри самой личности

1.3 Теории, в которых основной мотивирующей силой является достижение самости

1.4 Теории, в которых основным источником активности является стремление человека к преодолению себя

Вывод к разделу 1

Раздел 2. Альтруизм и эгоизм как общечеловеческие ценности

2.1 Эгоизм и теории мотивации альтруизма

2.2 Факторы, влияющие на проявление альтруизма

2.3 Возможности распространения альтруизма

Вывод к разделу 2

Список используемой литературы

Введение

психологический эгоизм альтруизм

Актуальность работы. Если психология является важнейшей наукой, потому что она изучает самое главное - внутренний мир человека, то в самом же человеке главным является направленность его деятельности (и жизни вообще): либо для удовлетворения собственных желаний, либо для выхода из рабства своего эгоизма и принесения блага обществу. Последнее, по моему убеждению, заключается в гармоничном сосуществовании людей, когда каждый имеет благоприятные условия для своего развития и совершенствования. Для этого необходимо изменить отношения типа “мое - мое, твое - твое” и перевести его на отношения “твое - твое и мое - твое”, т. е. абсолютной отдачи - альтруизма, основанного на эмпатии. А когда большинство общества примет это правило на себя как правило поведения в действии, станет возможным, чтобы каждый “работал по способности и получал по потребности”.

Всю историю своего существования человечество искало возможности построения общества с оптимальными условиями взаимоотношений. Но, конечно же, существовали и обратные явления - попытки удерживать власть в руках привилегированной группы людей, ущемляя при этом свободу и интересы других. Но, как мы видим, свобода личности ограничивается свободой другой личности, поэтому проявление эгоизма одного или группы жестко пресекалось самой природой.

В наш век данная проблематика особенно актуальна, так как кризис взаимоотношений приобрел всемирный масштаб. Альтруизм и эгоизм - это те рычаги, которыми и управляется как социальное, так и экономическое благополучие каждого государства.

Стремление к постижению подлинных ценностей является необходимым фактором полноценного развития человека и социума. Чтобы создать истинно гармоничное общество, нужно выявить какова конечная точка развития отдельного индивида, а также, что является источником его продвижения, и действовать в соответствии с полученными знаниями.

Предмет: рассмотрение эгоизма и альтруизма в работах различных исследователей.

Объект: эгоизм и альтруизм как общечеловеческие ценности и психологические феномены.

Цель: рассмотреть понятия альтруизма и эгоизма и раскрыть их значение.

1. провести теоретический обзор и анализ литературы по проблеме исследования;

2. рассмотреть эгоизм и альтруизм как общечеловеческие ценности и психологические феномены.

3. раскрыть понятия альтруизма и эгоизма и их понимание различными исследователями;

4. проанализировать труды исследователей об эгоизме и альтруизме, их основные факторы и признаки.

Раздел 1. Психологические теории личности с точки зрения их отношения к феноменам эгоизма и альтруизма

1.1 Теории, считающие побуждающим к развитию человека фактором -окр у жающее человека общество

Для того, чтобы понять сущность эгоизма и альтруизма как психологических феноменов, необходимо провести анализ существующих теорий личности с точки зрения их отношения к данным феноменам и вывести из них общие закономерности. Конечная точка пути представленная в той или иной теории личности определяет и источник активности, побуждающий личность к развитию, поэтому их нужно рассматривать вместе. Условно эти теории можно разделить на четыре группы.

К первой точке зрения относятся теории А.Адлера и З. Фрейда. Хотя под стремлением к превосходству Адлер и подразумевает нечто схожее с юнгианским представлением о самости или принципом самоактуализации Гольдштейна, особенность его «стремления к совершенной исполненности» заключается в том, что оно социализировано. Компенсация индивидуальной слабости, на которую направлено стремление к превосходству, осуществляется путем работы во имя общего блага людей. Социальный интерес - истинная и неизбежная компенсация всех естественных слабостей человеческих индивидов. Как пишет Адлер, на более высоких стадиях развития в стремлении к превосходству на место сугубо личных амбиций и эгоистичных достижений приходит идеал совершенного общества. Так же как и стремление к превосходству, социальный интерес Адлер считает врожденным. Как и любой задаток, эта природная предрасположенность не проявляется спонтанно: для этого необходимо руководство и обучение. По З. Фрейду целью развития является приручение или преодоление естественной природы человека в соответствии с социально приемлемыми требованиями. В результате прохождения четырех стадий психосексуального развития человек превращается в ориентированного на реальность социализированного взрослого.

1.2 Теории, находящие источник развития личности внутри самой личн о сти

Теории, находящие источник развития личности внутри самой личности - теории К. Хорни и К. Роджерса. Они говорят о том, что в человеке задана некая программа развития личности, и человек стремиться ее реализовать, во что бы то ни стало. Если в ходе своего развития личность наталкивается на непонимание или неприятие со стороны окружающих его близких людей, развитие этой программы затормаживается, а может и вовсе пойти по пути деградации. Если взглянуть на эту ситуацию с т.з. феноменов «эгоизма», «альтруизма», то получится, что чем сильнее развито «эго» одного человека, тем сильнее оно будет подавлять «эго» другого, тем меньше будет возможностей у другого «эго» реализовать свою собственную программу развития.

К. Хорни пишет, что «…если человеку предоставлена возможность, он склонен развивать заложенные в нем человеческие задатки. При этом он будет развивать уникальные живые силы своей реальной сущности…» . Директивное воздействие социального окружения, так же как и стремление личности к бесконечному, Хорни считает основным источником неврозов. К. Роджерс пишет, «что в некотором предельном смысле целью человека является стать «самим собой», само актуализированной или целостной личностью. Линии самоактуализации заданы наследственно. По мере развития организм становится более дифференцированным, развитым и автономным.

Роджерс и Хорни уделяют большое значение негативному воздействию социальной среды на формирование уникальной личности индивидуума.

1.3 Теории, в которых основной мотивирующей силой является достижение сам о сти

Точки зрения данных авторов сходятся в том, что личность побуждается к росту стремлением к чему-то запредельному, выходящему за рамки нашего материального мира. Для К. Юнга, В. Райха, А. Маслоу и Г. Ассаджоли общим является понятие самости. Они считают основной силой мотивирующей человеческое поведение, достижение самости. Именно самость, по их мнению, является целью человеческой жизни и заставляет искать индивида целостности. Однако все они говорят еще об одном шаге на пути духовного совершенствования, а именно шаге за пределы своей самости.

К. Юнгговорит, что когда благодаря процессу индивидуации достигается внутреннее многообразие, дифференцированные системы затем интегрируются посредством трансцендентной функции. Цель трансцендентной функции - раскрытие сущности человека и «реализация - во всех ее аспектах - личности, изначально сокрытой в эмбриональной зародышевой плазме; продуцирование и раскрытие изначально потенциальной целостности». Юнг также говорил, что чем более мы осознаем себя посредством самопознания и действуем в соответствии с этим, тем более слои личного бессознательного, накладывающиеся на коллективное бессознательное уменьшаются. Таким образом: «в процессе индивидуации возникает сознание, которое не порабощено мелким, излишне чувствительным миром вещных интересов. Расширенное сознание - это уже не тот раздражительный, эгоистический комок личных желаний, страхов, надежд и амбиций, который всегда нуждается в компенсации или исправлении с помощью противоположных тенденций бессознательного, это функция отношений с миром объективности, выводящая индивидуума в абсолютное, связующее и неразрывное общение с широким миром» .

В. Райх пишет, что цель роста - становление более свободным и открытым человеческим существом, взаимодействующим с самость. «Проникая в глубиннейшие глубины и полнейшую степень эмоциональной интеграции самости, мы не только переживаем и чувствуем, мы учимся понимать, хотя бы смутно, значение работы космического океана, мельчайшей частью которого мы являемся» (В. Райх, 1949).

Зрелость или само актуализацию А. Маслоу определяет как уход вверх от потребностей в ликвидации дефицита. Это состояние он определяет как метамотивированное и считает его синонимом обретения своей самости, обретения «подлинности», полноценности. «Как это ни парадоксально, но само актуализация (в смысле обретения автономности) предоставляет человеку большую возможность подняться над своей самостью, самоуверенностью и эгоизмом. Самореализующемуся человеку легче стать гомономным, то есть стать частью чего-то большего, чем он сам. Необходимо говорить об уровнях гомономии (все большей зрелости) и отличать «низкую гомономию» (страха, слабости и регресса) от «высокой гомономии» (отваги, уверенности в себе и полной автономности)…» (А. Маслоу, 1968). В последние годы своей жизни Маслоу заявляет о существовании потребностей, выходящих за рамки самореализации - трансцендентальных или трансперсональных потребностях. По мнению Маслоу, эти трансчеловеческие потребности сосредоточены вокруг космоса, религии и мистического царства бытия.

Целью психосинтеза Р. Ассаджоли является достижение человеком «органического единства» . Достижение такого единства Ассаджоли рассматривает на нескольких уровнях.

На уровне личного психосинтеза задача состоит в том, чтобы помочь человеку найти свой собственный путь от «эгоцентричного», «эмоционально искаженного» видения нормальной человеческой жизни к объективному, здравому и разумному взгляду на нее.

Результатом духовного психосинтеза является «способность человека предвосхищать и все полнее испытывать состояние сознания постигшего свою подлинную самость индивида. Это состояние радости, безмятежности, ощущения внутренней безопасности, чувства спокойной силы, ясности ума и любви ко всему сущему. В своих высших аспектах это постижение сущности бытия, приобщение ко Всеобщей Жизни и отождествления с ней» .

«С еще более широкой и всесторонней точки зрения вся жизнь вселенной предстает перед нами как борьба между множественностью и единством, как усилие и стремление к единению. У нас возникает ощущение, что Дух (представляется ли он нам божественным существом или космической энергией), который действует в тварном мире, привнося в него порядок, гармонию и красоту, а так же объединяя всех существ узами любви, осуществляет - медленно и неслышимо, однако верно и неотвратимо, не что иное, как Высший Синтез» .

1.4 Теории, где источником активности является стремление человека к преодолению с е бя

Концепции Ф. Перлса. Э. Фромма, Э. Эриксона и экзистенциальных психологов близки по своей сути рассмотренным выше концепциям. Основное их отличие заключается в том, что они не считают целью жизни достижение самости, как особого состояния сознания.

Ф. Перлз определяет психологическое здоровье и зрелость, как способность перейти от опоры на среду и манипулирование средой к опоре на себя и саморегуляции.

Идеальный же человек, по мнению Перлза должен быть вне «характера» (с характером Перлз соотносит систему «атрофированных», «фиксированных» реагирований, мешающих органическому функционированию). Идеальный человек «должен функционировать на трансперсональном уровне» . Под термином «трансперсональный» понимается то, что лежит вне личности, «персоны». Здесь Перлз проводит аналогию с коллективным бессознательным К. Юнга в противопоставлении с бессознательным «личным». Основным путем к достижению трансперсонального уровня является осознанность. Перлз писал, что осознанность трансперсональна сама по себе. Другим путем достижения трансперсонального выступает открытость: знание того, что нам дано здесь и сейчас в наших полях переживаний позволяет нам принять переживания, отказавшись от стандартов и ожиданий. И поскольку такая открытость вскрывает ментальное содержание, она находится, опять-таки, в трансперсональной сфере. Особым аспектом открытости в гештальт-терапии является принятие не переживания: принятие «ничто». Перлз описывал успешный терапевтический процесс, как процесс «ведущий от стерильного вакуума» к «вакууму плодородному» . Нередко гештальт-терапевт может наблюдать последовательность: ничто - психологический взрыв, похожий на частичную смерть - возрождение. Это является именно тем трансперсональным процессом, в котором Перлз видел суть терапии и даже смысл жизни.

Согласно теории Э. Эриксона, на каждой стадии развития идентичности человек делает выбор между двумя альтернативными решениями возрастных и ситуативных задач развития. Характер этого выбора зависит как от самой личности, так и от оказываемого на нее влияния социального окружения. От каждого такого выбора зависит успешность или неуспешность последующей жизни индивида. Наградой за овладение способностью к саморазвитию является формирование человеческой индивидуальности. Схематично путь роста по Эриксону можно обрисовать так: достижение идентичности, преодоление границ идентичности, достижение действительной индивидуальности и одновременный шаг за ее пределы.

Экзистенциальная психология подходит к человеческому существованию, полагая, что люди суть в мире, у них есть мир и они стремятся выйти за его пределы (Бинсвангер). Говоря о «бытии-за-пределами мира», Бинсвангер не подразумевает бытие в ином мире (в раю), но имеет в виду различные возможности человека в трансцендировании из мира пребывания и выход в новый мир. Люди могут и стремятся к этому - реализовать все возможности своего бытия. Ведь только актуализируя свой потенциал, люди могут жить аутентичной жизнью.

Э. Фромм целью человека считает стремление к «высшей степени бытия»: « избавление от пут, привязывающих нас к своему «я», от эгоцентризма, от такого способа существования, когда главным является обладание, для того, чтобы достичь всей полноты бытия» . Основная характеристика «бытия» по Фромму - внутренняя активность, в смысле продуктивного использования своих человеческих потенций. «Быть» - значит отказаться от своего эгоцентризма и себялюбия или, пользуясь выражением мистиков, стать «незаполненным» и «нищим».

У. Джеймс приходит к выводу, что за стремлением к росту личности лежит некий резервуар опыта (латентного или уже реализованного). Фундаментальным выражением этой внутренней сути был для Джеймса религиозный опыт. Он писал, что переживания такого рода опыта принадлежат к более глубокой жизненной сфере, чем интеллектуальная сфера: «Впечатления, импульсы, эмоции и возбуждения, которые мы таким образом получаем, помогают нам жить, они создают непреодолимое убеждение в мире за пределами чувств, они смягчают наши сердца и придают значение и ценность всем, делая нас счастливыми» .

Российский психолог Ф. Василюк не рассматривает личностного роста, как такового. Он описывает «внутренне сложный и внешне трудный жизненный мир» , как наиболее развитый компонент психологического мира человека. Специфика жизненного мира данного типа состоит в том, что в нем возникают особые проблемы по согласованию требований надситуативности с условиями и ограничениями ситуативности. Т.о. основным отличием наиболее развитого жизненного мира является появление категории надситуативности. Содержание надситуативности составляют: во-первых, внепространственные и вневременные ценности; а во-вторых, все более или менее отдаленные замыслы, цели, намерения, ожидания, планы, обязательства и т.д., которые непосредственно не входят в данную пространственную ситуацию, но при определенных условиях обнаруживают с ней некоторую связь.

Еще одной особенностью «внутренне сложного и внешне трудного» жизненного мира является особая «стратегия творческого переживания» критических ситуаций (когда замысел жизни оказывается основанным на ложных ценностях и дискредитируется вместе с ними самим опытом своего осуществления) . Эта стратегия состоит в достижении особого внутреннего состояния - состояния готовности пожертвования любым из своих мотивов. В ситуации непосредственного столкновения с внешними трудностями и опасностями происходит движение от себя, сосредотачивающее все душевные и физические силы человека не на достижении собственного счастья. Благополучия, безопасности, а на служении высшей ценности. Предельная точка этого движения - состояние безусловной готовности к самопожертвованию, «абсолютно очищенное от любых эгоистических фиксаций состояние полного самозабвения» [№14, с. 90]. Это состояние изнутри «прорывает» ситуацию невозможности, т.к. в нем получают смысл «безрассудные», а на деле единственно осмысленные в подобной ситуации действия, создается психологическая возможность подвига.

Вывод к разделу 1

Итак, рассмотренные данные концепции личности относительно точки зрения на источник активности, побуждающий человека к развитию и конечную точку пути, разделились на следующие группы.

Теории, считающие побуждающим к развитию человека фактором - окружающее человека общество: теории А. Адлера и З. Фрейда. Человек стремится стать более полноценным членом общества и уже зависит от общества, какие ценности будут переданы человеку и, соответственно, как далеко пойдет он в своем развитии. Задача же человека - преодолеть себя и включиться в общество.

Теории, находящие источник развития личности внутри самой личности - теории К Хорни и К. Роджерса. Они говорят о том, что в человеке задана некая программа развития личности, и человек стремиться ее реализовать, во что бы то ни стало. Если в ходе своего развития личность наталкивается на непонимание или неприятие со стороны окружающих его близких людей, развитие этой программы затормаживается, а может и вовсе пойти по пути деградации. Если взглянуть на эту ситуацию с точки зрения феноменов «эгоизма», «альтруизма», то получится, что чем сильнее развито «эго» одного человека, тем сильнее оно будет подавлять «эго» другого, тем меньше будет возможностей у другого «эго» реализовать свою собственную программу развития.

Теории, в которых основной мотивирующей силой является достижение самости, а так же рассматривается шаг за пределы своей самости: это теории К. Юнга, В. Райха, А. Маслоу, Р. Ассаджоли и Э. Эриксона. Данные авторы говорят о том, что на пути своего развития человеку сначала необходимо стать сначала полноценным человеком в общепринятом смысле этого слова (доразвить свое «эго» до необходимого уровня). А вот когда это достигнуто и этого оказывается мало, человеку открываются новые перспективы его развития и эти перспективы связаны с развитием «альтруистических» свойств в человеке в наивысшем их понимании.

Теории, в которых основным источником активности является стремление человека к преодолению себя и достижению «абсолютного очищения от любых эгоистических фиксаций»: теории Перлза, Э. Фромма, экзистенциальных психологов, У. Джеймса, Ф. Василюка. Естественно, это стремление возникает не у каждого человека и не на пустом месте, а в результате определенного опыта жизненных переживаний, человек приходит к выводу и ощущению, что развитие, основанное на эгоистических тенденциях - тупиково, что оно не позволяет сделать следующий шаг и перейти к качественно новому этапу его развития.

На самом деле, деление теорий на эти группы - более, чем условно. Нам видится во всех них одна общая тенденция: природа человека эгоистична в своей основе, направлена на удовлетворение интересов только самого индивида. При ущемлении этих интересов, человек испытывает страдания. Исходя из проведенного анализа базовых психологических концепций личности, можно сделать вывод, что вектор развития человека направлен в сторону преодоления узких рамок собственного эгоизма. Этот вектор указывает нам на достижение нового качества человека - альтруизма.

Раздел 2. Альтруизм и эгоизм как общечеловеческие ценн о сти

2.1 Эгоизм и т еории мотивации альтруи з ма

Говоря об альтруизме и эгоизме как общечеловеческих ценностях, стоит отметить, что последний в истории человечества имел зачастую негативную оценку. Более того, осознанное оказание предпочтения эгоизма в качестве главного принципа жизни воспринималось во все времена как аморализм. Подобное оценивание эгоизма встречается на всех уровнях: в религии, философии, государственном устройстве и в повседневной жизни. “Эгоизм - это жизненный принцип и моральное качество, которое характеризирует человека с точки зрения его отношения к обществу; определяется в том, что человек руководствуется в своем поведении только собственными интересами, не принимая во внимание интересы окружающих”.

Социалисты считают, что соединение людей в общество породило все зло, а не естественный эгоизм человека, с которым тот рождается (потребность в пище, доме, воспроизведению себе подобных). Отсюда произошло угнетение человека человеком. А затем, поскольку общества стали эгоистическими, они восстали друг на друга войной. Таким образом причина всему плохому - неправильное общество.

Для гарантии стабильности и защиты общества от резких, непредсказуемых эгоистических влияний личности государство создало систему давления и наказания.

“Возлюби ближнего, как самого себя” - эти слова записаны в Святых Писаниях всех мировых религий на всех континентах. Более того, понятие теофилантропизма говорит, что только возлюбив человечество, можно придти к любви к Богу.

Религия считает, что быть богатым “ради себя” всегда значит обеднеть на каком-то другом уровне. Достаточно нам сказать: "Вот часы - они мои", и зажать их в кулаке, как мы оказываемся обладателями часов, но лишаемся руки. А если и ум замкнуть на нашем имуществе, если замкнуть и сердце, чтобы уберечь и никогда не потерять то, что в нем хранится, то оно становится таким же мелким, как та вещь, на которой мы замкнулись. Святитель Феофан Затворник говорит: “Эгоистичные люди подобны древесной стружке, свернутой кольцом вокруг собственной пустоты”.

Любое общество желает, чтобы его ценности и нормы стали не довлеющими на членов общества, а выполнялись бы ими сознательно и превратились бы во внутренние качества и таким образом “изнутри” определяли бы их поведение, которое свободно бы совпадало с требованиями общества. Для того, чтобы понять, как это можно осуществить, необходимо рассмотреть, что же побуждает человека к тому или иному поступку.

Теория социального обмена

Одно из возможных объяснений альтруизма содержится в теории социального обмена. В этом случае люди используют стратегию «минимакса» -- стремление свести к минимуму собственные затраты и получить максимально возможное вознаграждение. В теории социального обмена не утверждается, что мы сознательно «отслеживаем» затраты и вознаграждения; она лишь допускает, что подобные рассуждения прогнозируют наше поведение.

В ходе изучения доноров крови в штате Висконсин было экспериментально подтверждено: такие скрытые расчеты всегда предшествуют принятию решения о том, оказывать помощь или нет. Словно в поиске предлога для оправдания собственной щедрости, люди жертвуют больше денег на благотворительность тогда, когда получают что-либо взамен, например сласти или открытку. Даже если то, что они получают, им совершенно не нужно и они сами никогда не стали бы этого покупать, важен сам факт, свидетельствующий о том, что имеет место социальный обмен.

Оказание помощи как замаскированный эгоизм. Вознаграждения, мотивирующие оказание помощи, могут быть внешними и внутренними. Когда бизнес жертвует деньги на благотворительность, чтобы сделать свой корпоративный имидж более привлекательным, или когда кто-либо предлагает подвезти кого-либо в расчете на благодарность или дружбу, речь идет о внешнем вознаграждении. Мы отдаем, чтобы получать. А это значит, что мы более склонны помогать тем, кто нам симпатичен и чье одобрение мы стремимся заслужить. К вознаграждениям, которые мы получаем, помогая другим, относятся также и внутренние самовознаграждения. Находясь рядом с человеком, который чем-то расстроен, мы, как правило, сочувствуем ему.

Совершая альтруистические поступки, мы вырастаем в собственных глазах. Едва ли не все доноры из тех, что приняли участие в исследовании, проведенном Джейн Пильявин, согласились, что донорство «заставляет человека уважать себя» и «дает ему чувство самоудовлетворения». Зная это, легче понять, почему люди оставляют чаевые официантам, даже если знают, что они никогда больше не вернутся в этот ресторан, и проявляют доброту по отношению к незнакомым, которых никогда больше не увидят.

Проанализировав мотивацию волонтеров, в частности тех, кто ухаживает за больными СПИДом, Марк Снайдер, Аллен Омото и Джил Клэри выявили шесть побуждающих к этому причин.

Нравственные причины: желание действовать в соответствии с общечеловеческими ценностями и неравнодушие к другим.

Когнитивные причины: желание лучше узнать людей или приобрести навыки.

Социальные причины: стать членом группы и заслужить одобрение.

Карьерные соображения: приобретенный опыт и контакты полезны для дальнейшего продвижения по службе.

Защита собственного Я: желание избавиться от чувства вины или бегство от личных проблем.

Повышение самооценки: укрепление чувства собственного достоинства и уверенности в себе.

Подобный подсчет затрат и выгод может показаться унизительным. И все же, разве не следует из теории социального обмена, что оказание помощи никогда не бывает истинно альтруистическим актом и что мы лишь называем его “альтруистическим”, поскольку выгоды от него не очевидны? Если мы помогаем попавшей в беду женщине, чтобы заслужить социальное одобрение, избавиться от собственного чувства тревоги и возможных угрызений совести или вырасти в собственных глазах, можно ли назвать такую помощь альтруистической? Однако, конечная цель эгоиста -- улучшение собственного положения, конечная цель альтруиста -- улучшение положения другого человека.

Анализ затрат и вознаграждений дает нам кое-что еще. Он позволяет предположить, что пассивные свидетели преступлений или несчастных случаев -- вовсе не обязательно равнодушные люди. На самом деле они могут быть искренне взволнованы происходящим, но осознание того, чем может обернуться их вмешательство, парализует их волю.

Эмпатия как источник подлинного альтруизма. Верно ли, что единственная цель, которой руководствуются герои, спасающие людей, безвестные доноры и волонтеры -- бескорыстная забота о других? Или они всегда стремятся к одному -- в той или иной форме удовлетворить собственные потребности: получить вознаграждение, избежать наказания или чувства вины или избавиться от душевного дискомфорта?

Однако психолог Дэниел Бэйтсон полагает, что наша готовность помогать другим есть следствие обеих причин -- заботы о собственных интересах и альтруистических соображений.

Зрелище чужого несчастья способно вызвать в человеке смешанные чувства -- сосредоточенность на собственном душевном дискомфорте и сочувствие (эмпатию) к тому, кто страдает. Исследователи согласны с тем, что собственный душевный дискомфорт «запускает» механизм, основанный на эгоистических мотивах. Но вопрос о том, способна ли эмпатия «запустить» механизм подлинного альтруизма, остается дискуссионным.

Душевный дискомфорт, который мы испытываем, наблюдая за страданиями другого человека, побуждает нас избавиться от него, а сделать это можно, либо пройдя мимо неприятной ситуации, либо оказав помощь. Но, по мнению Бейтсона и его коллег, мы также испытываем эмпатию, особенно если страдает близкий нам человек. Любящие родители страдают и радуются вместе со своими детьми; тем, кто жестоко обращается с детьми и вообще склонен к проявлениям жестокости, эмпатия неведома. Мы также испытываем эмпатию к тем, с кем мы идентифицируем себя. Когда принцессу Диану или Майкла Джексона оплакивали миллионы людей, которые никогда в жизни не были знакомы с ними, но воспринимали их как близкого человека благодаря сотням газетных статей, те же самые люди остались совершенно равнодушными к судьбе миллиона безымянных африканцев, убитых или умерших во время бесконечных военных конфликтов в Африке.

Испытывая сострадание, мы не столько думаем о себе, сколько о том, кто страдает. Искренняя симпатия и сочувствие заставляют нас помогать человеку ради него самого. Это чувство возникает совершенно естественно. Даже младенцы, которым от роду всего один день, плачут больше, если слышат плач других детей (Хоффман, 1981). В родильных домах стоит заплакать одному, как к нему сразу же присоединяется целый хор плачущих голосов. Судя по всему, способность к сопереживанию -- врожденное качество человека.

Нередко реакции на кризисные ситуации становятся результатом совместного действия душевного дискомфорта и эмпатии. Великодушие детей тоже зависит от их подверженности душевному дискомфорту и способности к сопереживанию. Джордж Найт и его коллеги из Университета штата Аризона нашли, что некоторые дети в возрасте от 6 до 9 лет более других склонны сочувствовать тем, кто грустит, и тем, кого дразнят (Найт, 1994). Эти участливые дети оказались и самыми щедрыми, когда им -- после демонстрации видеозаписи обгоревшей на пожаре девочки -- предоставили возможность пожертвовать пострадавшим от пожара детям часть денег, полученных за участие в эксперименте.

Чтобы отделить эгоистическое стремление к снижению душевного дискомфорта от альтруистической эмпатии, группа исследователей во главе с Бейтсоном провела эксперименты, в ходе которых испытуемые предварительно оказывались в ситуациях, вызывавших у них чувство эмпатии. Далее исследователи наблюдали за тем, как именно будут действовать возбужденные люди, чтобы успокоиться: пройдут мимо нуждающегося в помощи или постараются помочь ему. Результаты подтвердили предположения исследователей: люди, чувство эмпатии которых было предварительно «разбужено» определенными действиями экспериментаторов, как правило, помогали.

Результаты других исследований позволяют предположить, что подлинный альтруизм все-таки существует:

Эмпатия заставляет помогать даже членам групп-соперников, но только в том случае, если помогающий уверен в том, что его помощь не будет отвергнута (Бейтсон, 1997).

Люди, в которых проснулось сострадание, придут на помощь, даже если об этом никто и никогда не узнает. Их усилия будут продолжаться до тех пор, пока нуждающийся в помощи не получит ее. И если эти старания окажутся безрезультатными не по их вине, они все равно будут переживать.

Если человек сочувствует страдальцу, он, чтобы сделать для него то, в чем тот нуждается, нарушает собственные правила и представления о порядочности и справедливости.

Итак, все согласны с тем, что в некоторых случаях оказание помощи продиктовано либо откровенным эгоизмом (помощь оказывается для того, чтобы либо получить вознаграждение, либо избежать наказания) или завуалированным эгоизмом (помощь оказывается для того, чтобы вернуть себе душевный комфорт).

Существует ли третий побудительный мотив -- альтруизм, единственная цель которого -- благополучие другого человека, а счастье того, кто помогает, -- всего лишь «побочный продукт»? Можно ли назвать оказание помощи, основанное на эмпатии, источником подобного альтруизма? Чалдини, а также его коллеги Марк Шаллер и Джим Фультц отмечают, что ни один из экспериментов не исключает абсолютно всех возможных эгоистических объяснений оказания помощи.

Проведя 25 экспериментов, в которых изучалась альтруистическая и эгоистическая эмпатия как альтернативные мотивы оказания помощи, Бейтсон (Бейтсон, 2001) убедился: иногда люди способны сосредоточиться не на собственном благополучии, а на благополучии других. Искренний, «побуждаемый эмпатией альтруизм является частью человеческой природы».

Во время войны во Вьетнаме 63 солдата получили награды за то, что собственными телами закрыли своих товарищей во время взрывов (Хант, 1990). Большинство из них входили в состав боевых подразделений, члены которых были связаны узами крепкой дружбы. Большинство из них накрыли собственными телами неразорвавшиеся гранаты. 59 человек погибли. В отличие от других альтруистов, у этих солдат не было времени для размышлений ни о том, что трусость -- постыдное качество, ни о вечной благодарности за самопожертвование. Тем не менее что-то же заставило их поступить так, как они поступили.

Теория социальных норм

Нередко мы помогаем другим не потому, что, сознательно просчитав последствия этого поступка, пришли к выводу: это в наших интересах, а потому, что что-то подсказывает нам: мы должны так поступить. Мы должны помочь новому соседу устроиться на новом месте. Мы должны вернуть найденный бумажник. Мы должны защищать своих друзей на поле боя. Исследователи, изучающие оказание помощи, идентифицировали две социальные нормы, мотивирующие альтруизм.

Норма взаимности. Социолог Элвин Гоулднер утверждал, что норма взаимностиесть единственный универсальный кодекс чести: тем, кто помогает нам, мы должны помогать, а не причинять зло. Гоулднер считал эту норму столь же универсальной, как и табу на инцест. Норма взаимности «работает» даже в браке. Порой один из супругов отдает больше, чем получает. Но в конечном итоге наступает равновесие: обмен становится сбалансированным. Во всех подобных взаимоотношениях получать, ничего не отдавая взамен, значит нарушать норму взаимности. Взаимность внутри социальных связей помогает характеризовать «социальный капитал» -- связи, являющиеся источником поддержки, информационные потоки, доверие и совместные действия -- все то, от чего зависит здоровье общества. «Не упускать друг друга из поля зрения» -- таков девиз социального капитала в действии.

Норма взаимности наиболее эффективна, если люди публично реагируют на ранее сделанное для них. В лабораторных экспериментах, как и в повседневной жизни, случайные, ни к чему не обязывающие знакомства больше располагают к эгоизму, чем стабильные взаимоотношения. Но даже действуя анонимно, люди порой совершают хорошие поступки и платят добром за то добро, которое им сделали..

Испытуемые с большей готовностью жертвовали деньги помощнику экспериментатора в том случае, если перед этим он оказывал им какую-нибудь незначительную услугу, и особенно если он узнавал об этом. (

Последнее обновление: 19/06/2015

Что заставляет людей рисковать своим здоровьем и благополучием ради помощи другим людям? Почему люди тратят свое время, энергию и деньги на то, чтобы сделать жизнь других лучше, зная, что они не получат никакой выгоды от этого? Стремление к бескорыстной заботе о других предполагает альтруизм. Альтруисты делают что-то просто из желания помочь, а не из чувства долга или из-за взятых на себя обязательств.

Наша повседневная жизнь полна добрых дел - то дверь вам кто-то любезно придержит, то милостыню нуждающемуся прохожие подадут.

В новостях часто рассказывают о более серьезных проявлениях альтруизма: о людях, которые ныряют в ледяную реку, чтобы спасти тонущего незнакомца, или щедрых благотворителей, которые перечисляют огромные суммы в различные фонды. Мы хорошо знакомы с таким явлением, как альтруизм, однако социальные психологи до сих пор не знают наверняка, почему оно существует. Что вдохновляет нас на такие дела? Что побуждает героев новостных сюжетов рисковать собственной жизнью, чтобы спасти совершенно незнакомого им человека?

Альтруизм представляет собой один из аспектов просоциального поведения. К просоциальному поведению относят любое действие, которое приносит пользу другим людям независимо наших мотивов или возможной собственной выгоды. Помните, однако, что лишь чистый альтруизм предполагает истинную самоотверженность. Стоит помнить и о том, что хотя все альтруистические акты носят просоциальный характер, не всегда просоциальное поведение альтруистично.

Например, мы помогаем другим по различным причинам - из чувства вины, обязанности, долга или даже из желания получить в будущем награду.

Причины существования альтруизма

Психологи предложили ряд различных объяснений тому, почему существует альтруизм.

Биологические причины

Кин-отбор: мы можем быть более расположены к тем, с кем мы связаны родственными отношениями, так как это повышает вероятность того, что наши отношения будут сохраняться. Только так мы может передать свои гены следующим поколениям.

Нейрологические причины

Альтруизм воздействует на центры внутреннего подкрепления в головном мозге. Нейробиологи обнаружили, что когда человек бескорыстно делает что-то хорошее, активизируются центры удовольствия.

Социальные нормы

Правила, нормы и ожидания, существующие в обществе, также могут влиять на поведение человека. Например, принцип взаимности при котором мы чувствуем себя обязанными помочь другим, если они уже сделали что-то для нас. Если ваш друг одолжил вам деньги на обед несколько недель назад, вы, вероятно, почувствуете себя обязанным сделать то же и для него - даже тогда, когда он попросит вас о гораздо большей сумме.

Когнитивные причины

Хотя определение альтруизма и подразумевает отсутствие награды, само же явление представляет познавательные стимулы, которые нам не очевидны. Например, мы можем облегчить страдания других потому, что добрые дела подтверждают наше мнение о себе как о чутких людях.

Выделяют и другие когнитивные причины:

  • Эмпатия . Исследователи, в том числе Батсон и др. (1981) предполагают, что люди более склонны к альтруистическому поведению, когда они сочувствуют человеку, который находится в бедственном положении. Батсон предполагает, что и сочувствие, и альтруизм - врождённые черты. Другие исследователи обнаружили, что у детей альтруизм появляется вместе с чувством эмпатии.
  • Борьба с негативными чувствами . Другие эксперты предположили, что проявление альтруизма помогает побороть негативные чувства, связанные с наблюдением за человеком в бедственном положении. По сути, увидев другого человека в беде мы испытываем отрицательные эмоции - мы расстроены, нам неудобно, - поэтому помогая человеку, мы помогаем прежде всего себе.

Сравнивая теории

Главный вопрос, мучающий психологов до сих пор - а есть ли действительно «чистый» альтруизм? Совершаем ли мы полезных действия из по-настоящему альтруистических соображений, или всё равно всегда ищем скрытую выгоду для себя?

Батсон предполагал, что несмотря на то, что люди часто делают добро из корыстных соображений, истинный альтруизм существует. Чалдини и другие специалисты, наоборот, высказали предположение, что сочувствие к другим часто появляется из желания человека помочь самому себе.

На мой взгляд тема культивирования альтруизма в обществе на сегодняшний день очень актуальна. Поэтому, я решила посвятить второй реферат факторам, стимулирующим его проявление. Тема предыдущего реферата затронула разнообразие видов альтруизма, среди которых я выделила высокоинтеллектуальный Альтруизм, коротко изложив его суть. Но, поскольку, говорить о его культивировании, не сделав предварительного описания предпосылок для его полноценного «созревания» в личности (через прохождение множество других не менее важных процессов), было бы делом малополезным, то в данной работе я поставила цель раскрыть эти предпосылки. Другими словами, я хочу рассмотреть факторы, подводящие личность от эгоистично мыслящей и чувственно ориентированной модели к той, которая способна подключать к своим выборам интеллект, и таким образом развивать в себе интеллектуальный альтруизм.

Подчеркну ещё раз, что этот вид альтруизма является промежуточным, поскольку его проявление обусловлено сочетанием пока ещё практичного ума и элементарного помогающего поведения. Поэтому интеллектуальный альтруизм ещё содержит в себе элементы эгоистических мотиваций, выражающихся во всевозможных выгодах и расчётах, мотивированных честолюбием, высокомерием, хитростью, изворотливостью и подобными им качествами.

2. Факторы, стимулирующие проявление альтруизма

2.1. Три теории альтруизма в социологии

Подбирая материал для своего реферата, меня заинтересовала информация из материалов многолетних исследований, проведённых рядом известных психологов. На сегодняшний день существует три теории альтруизма в социологии: теория социального обмена, теория социальных норм и эволюционная психология . Из них можно сделать вывод, какие именно предпосылки и факторы влияют на проявление людьми альтруизма.

Основоположником эволюционной психологии является американский психолог Джон Уотсон. Его теория исходит из существования двух типов альтруизма: альтруизма, основанного на защите собственного рода, и альтруизма, основанного на взаимном обмене. По сути эволюционная теория связана с поиском биологических и социальных предпосылок, способствующих проявлению альтруизма. Биологические предпосылки определяют способности личности к самовыживанию и самовоспроизводству внутри социальной группы. Из этого логично следует, что у генов эгоистичных индивидов меньше шансов выжить, чем у генов личностей, склонных к самопожертвованию. Ведь если бы человек вёл аскетичный образ жизни и ему бы не требовалось сообщество себе подобных, то и потребности в развитии альтруизма (самопожертвования, взаимопомощи, эмпатии и других качеств) у него бы не возникало.

Другой вопрос: ради кого жертвовать и проявлять альтруизм? Здесь и возникает избирательность в проявлении альтруизма. Гены, делающие человека готовым жертвовать собой ради благополучия незнакомца, не имели никаких шансов выжить в конкурентной борьбе видов за существование. Поэтому эволюционно важным становился альтруизм, направленный на участников родственной социальной группы, который может выражаться как защита рода и взаимный обмен. (Например, человек готов умереть сам, защищая своего ребёнка от смерти. Альтруизм взаимного обмена в племенах проявляется в пожертвовании излишек добычи другому племени в надежде, что когда-то в неудачные периоды охоты это племя их тоже выручит).

Этологи указывают на то, что животные также помогают другим особям, принадлежащим своему биологическому виду, часто со значительным риском для себя. Принято считать, что в этих случаях генетический состав вида является истоком поведения, направленного на защиту социальной группы и тем самым способствующего выживанию вида. Как именно это происходит, пока до конца не ясно, но, возможно, что в этом процессе играют определенную роль врожденные эмоциональные реакции. Например, новорожденные дети кричат, когда слышат плач другого ребенка, а дети немного постарше испытывают стресс при виде поведения, угрожающего другим людям.

Если верно, что в борьбе за существование всегда побеждает генетический индивидуализм, откуда берется бескорыстный альтруизм в отношении незнакомых людей? Один ответ на этот вопрос заключается в групповой селекции: группы альтруистов выживают успешнее, чем группы не альтруистов. Исходя из этого утверждения становится очевидным, что все шаблоны социального обмена являются в той или иной степени альтруистичными. Вопрос только в том какая доля эгоизма содержится в каждом из них.

Теория социального обмена была разработана американским социологом Джорджем Каспаром Хомансом. Согласно ей оказание помощи, как и любое другое социальное поведение, мотивируется желанием минимизировать затраты и оптимизировать вознаграждение.

Мы обмениваемся социальными ценностями: действуем в соответствии с общечеловеческими ценностями (проявляем неравнодушие к другим), желаем лучше узнать других людей и обрести навыки, стремимся стать членом группы и заслужить одобрение, желаем избавиться от чувства вины и убежать от личных проблем, укрепляем чувство собственного достоинства и уверенности в себе. Совершая альтруистичные поступки, мы вырастаем в собственных глазах.

Согласно теории социального обмена у человека, имеющего альтруистичное намерение, потенциально присутствует доля эгоизма, выраженная в рациональном подсчете затраченных средств и полученной выгоды (вознаграждения). Насколько эта доля может иметь практическое выражение, а также меняться от ситуации к ситуации, можно только предполагать. Однако некоторые психологи считают, что к оказанию помощи побуждает и подлинный, бескорыстный альтруизм.

Теория социальных норм исходит из представлений о том, что оказание помощи связано с существованием в обществе определенных правил. Нормы предписывают правила поведения и оговаривают то, что мы обязаны делать (общественная мораль). Исследователи, изучающие оказание помощи, идентифицировали две социальные нормы, мотивирующие альтруизм:

  • норма взаимности
  • норма социальной ответственности

Норма взаимности побуждает нас отвечать добром, а не злом тем, кто пришел нам на помощь. Американский социолог Элвин Гоулднер утверждал, что норма взаимности есть единственный универсальный кодекс чести: тем, кто помогает нам, мы должны помогать, а не причинять зло. «Инвестируя» в других, мы в праве рассчитывать на дивиденды. Во всех случаях получать, ничего не отдавая взамен, значит нарушать норму взаимности. Взаимность внутри социальных связей помогает характеризовать «социальный капитал» - связи, являющиеся источником поддержки, информационные потоки, доверие и совместные действия - всё то, от чего зависит здоровье общества. «Не упускать друг друга из поля зрения» - таков девиз социального капитала в действии.

Норма социальной ответственности заставляет нас заботиться о тех, кто в этом нуждается, столько времени, сколько нужно, даже тогда, когда они не в состоянии отблагодарить нас. Это касается детей, немощных, инвалидов и всех, кто воспринимаются нами как неспособные участвовать в равноценном обмене. В нашем обществе принято считать, что нуждающимся в помощи нужно помогать без оглядки на какую бы то ни было компенсацию в будущем.

Вера в то, что люди должны оказывать помощь тем, кто в ней нуждается, безотносительно к возможной выгоде в будущем, является нормой социальной ответственности. Именно эта норма побуждает людей, например, поднять книгу, которую уронил человек на костылях. Эксперименты показывают, что даже когда оказывающие помощь остаются неизвестными и не ожидают никакой благодарности, они зачастую помогают нуждающимся.

Из этих вышеперечисленных теорий альтруизма виден значимый фактор, объединяющий их всех в одном - наличие социального окружения. Находясь в социуме, человек, так или иначе, вынужден заботиться не только о себе, но и о родственниках, друзьях, и даже о «нужных» людях. Ведь если бы он не был социально ориентирован, то у него и не возникало бы потребности не только в проявлении альтруистических тенденций, но также и в общении, понимании другими людьми, получении «обратной связи» и подтверждениями того, что он принят данным сообществом. Всякое сообщество вынуждает его представителей проявлять минималистичные уровни человечности. Истинность и «чистота» альтруизма (меньшая доля эгоизма в выборах) будет зависеть от степени его самоорганизации.

2.2. Когда мы помогаем друг другу?

Социологи выяснили, что на оказание помощи напрямую влияет число очевидцев. Дэвид Майерс пишет, что чем большее количество людей стало очевидцами ситуации, тем меньше каждый из них почувствует ответственность перед ней. Это происходит по причине оглядки на других, оценки их реакции на инцидент. Таким образом, каждый из нас оценивает реальность по поведению другого. Важно также то, как мы сами интерпретируем само событие и реакцию на него окружающих людей. Если мы станем единственным очевидцем ситуации, то наша ответственность при этом возрастает.

Источником искажённых интерпретаций такого события является так называемая иллюзия прозрачности - склонность переоценивать способность окружающих понимать наше внутреннее состояние. Наши чувства и эмоции не столь очевидны для окружающих, как мы считаем. Когда нас переполняет какое-либо чувство, мы думаем, что его просто заметить. Иногда, даже успешно завуалированные состояния вполне объективно интерпретируются окружающими, а иногда они непонятны или недоступны им в силу их сосредоточенности только на своих чувствах и внутреннем мире. К тому же, не демонстрируя своих реакций в группе, такие люди влияют тем самым на интерпретацию её другими членами коллектива: «Раз другие сохраняют спокойствие, может быть, действительно ничего страшного не происходит?». Таким образом, случаются обстоятельства, реакция окружающих на которые сводится к простому равнодушию из-за непонимания или оглядки на всеобщее спокойствие.

Если ситуация интерпретировалась верно из-за её очевидности, люди с одинаковой готовностью бросались на помощь не зависимо от того, были они в одиночестве или вместе с другими очевидцами. Если же ситуации не были абсолютно очевидными, люди в группах проявляли значительно меньшую готовность к оказанию помощи, чем одинокие очевидцы.

Проведённые исследования показали, что на проявление альтруизма также влияет демонстрация его другими людьми, будь то повседневная жизнь, или ориентированные на это телепередачи, публицистика и т.п. Но, к сожалению, сегодняшний ритм жизни развитой части человеческого сообщества (загруженность новой информацией, необходимость быстро принимать решения, нехватка времени) не позволяет замечать и ценить возможности для проявления этого качества. Социальные психологи нередко убеждаются: порой обстоятельства влияют на поведение сильнее, чем убеждения. Человек, который никуда не торопится, может остановиться и предложить свою помощь тому, кто в ней нуждается. Спешащий человек, скорее всего, не сделает этого. Как пример тому, жители мегаполисов редко появляются в общественных местах поодиночке, чем и объясняется их меньшая отзывчивость по сравнению с отзывчивостью жителей небольших городов. «Усталость от сочувствия» и «сенсорная перегрузка», возникающие в результате общения с большим количеством нуждающихся в помощи людей, приводят к тому, что во всех странах мира жители больших городов не спешат оказывать её.

Если взрослый человек испытывает чувство вины, грустит или пребывает в депрессивном состоянии по какой-то причине, любое доброе дело помогает ему нейтрализовать негативные чувства. У детей этот механизм не срабатывает, поскольку они не считают альтруизм вознаграждением. Из сказок и басен они усваивают мысль о том, что эгоистичные люди всегда счастливее тех, которые помогают другим, но по мере того, как они взрослеют, их взгляды изменяются. Хотя маленькие дети и склонны к эмпатии, оказание помощи другим не приносит им большого удовольствия. Подобное поведение является скорее следствием социализации. Согласно всему вышесказанному подтверждается представление о том, что мы рождаемся на свет эгоистами. Альтруизм приобретается с возрастом по мере того, как дети приучаются смотреть на мир глазами других людей. Позитивизм также благотворно влияет на оказание бескорыстной помощи. Позитивно мыслящие люди, скорее всего, и действуют тоже позитивно. По мере того как настроение идет на спад, готовность прийти на помощь тоже уменьшается.

Ещё Сенека подчеркивал, что благодеяние не должно быть ограничено разовым действием, но требует постоянного внимания. Сущность благодеяния состоит не в его материи, а в душевном расположении, с которым совершается конкретный поступок, несущий благо другому. Поэтому определяющими чертами благодеяния является то, что оно даёт радость, совершается с готовностью, охотно, инициативно и по доброй воле. Чтобы оно достигло своей цели, надо «не только оказывать благодеяние, но и любить». Сенека отмечал, что благодеяние несовместимо с «пагубной добротой», которая может привести в конечном итоге к гибели того, кому как будто бы оказывается помощь. В своём изречении «Guro hominist bonum perficit» («Забота совершенствует добро в человеке») он выразил мысль, о том, что забота способствует саморазвитию человека.

2.3. Биологические предпосылки

Учёные из Швейцарии объяснили альтруистичное и эгоистичное поведение объемом одного из участков коры головного мозга. Исследование провела группа специалистов Цюрихского университета под руководством Эрнста Фера . Они изучали строение задней части боковой борозды мозга, в этом участке расположен стык его височной и теменной долей. Основываясь на результатах предыдущих исследований, учёные предположили, что объём этого участка коры правого полушария, а также его активация в различных ситуациях влияют на то, насколько бескорыстно поступает человек. Фер и его коллеги предложили добровольцам сыграть в игру, в ходе которой каждому участнику исследования предстояло разделять денежные суммы между собой и анонимным партнером. При этом учёные оценили объём серого вещества в височно-теменном стыке коры добровольцев, а также активность этого участка коры в процессе принятия решения о распределении средств.

Оценив полученные данные, исследователи пришли к выводу, что для более щедрых участников характерен больший объём серого вещества височно-теменного соединения. Они также выяснили, что активность этого участка повышалась с увеличением трудности принимаемого решения, в частности, когда добровольцы достигали порога той суммы, которую они были готовы безвозмездно передать партнёру. По словам авторов исследования, повышение активности коры височно-теменного соединения обусловлено тем, что человеку приходится преодолевать свою эгоистичную природу, когда он хочет бескорыстно помочь кому-либо.

В ииссиидиологии я встретила информацию о том, что проявление человеком высокоинтеллектуального Альтруизма сопровождается активностью лобных долей и других участков фронтальной зоны коры головного мозга, в то время как интеллектуальный альтруизм активизирует лишь подкорку головного мозга, затрагивая в основном лимбическую систему, участвующую в организации висцеральных, мотивационных и эмоциональных реакций организма.

Далее, я посчитала необходимым подробнее остановиться на рассмотрении таких факторов, способствующих оказанию помощи, как эмпатия, религиозные чувства и самоактуализация, по причине той важной роли, которую играет их активность в самосознании личности при проявлении ею альтруистичных тенденций.

2.4. Эмпатия

Многие исследователи выделяют эмпатию как наиболее значимый фактор при проявлении альтруизма. Чем больше человек склонен к сопереживанию, тем выше его готовность к помощи в конкретном случае. Характерно, что постановка себя на место нуждающегося в помощи без переживания эмпатической эмоции («не хотел бы я быть на его месте») не приводит к стремлению оказать помощь.

В некоторых случаях оказание помощи продиктовано или откровенным эгоизмом (помощь оказывается либо для того, чтобы получить вознаграждение, либо избежать наказания) или завуалированным эгоизмом (помощь оказывается для того, чтобы вернуть себе душевный комфорт). Существует ли третий побудительный мотив - альтруизм, единственной целью которого является благополучие другого человека, а счастье помогающего всего лишь побочный продукт? Можно ли назвать оказание помощи, основанное на эмпатии, источником подобного альтруизма? Социологи всё ещё сомневаются в этом и отмечают, что ни один из экспериментов не исключает абсолютно всех возможных эгоистических объяснений оказания помощи.

Эмпатия - осознанное сопереживание текущему эмоциональному состоянию другого человека, без потери осознанности, объективности. Стать другим, но вовлечься в его состояние не полностью, а оставаясь и собой также: именно это дает возможность в эмпатии сохранять разумность. Диапазон проявления эмпатии варьирует достаточно широко: от лёгкого эмоционального отклика до полного погружения в мир чувств партнера по общению. Однако в последнем случае стремление к оказанию помощи снижается, так как человек становится чрезмерно сосредоточенным на собственных переживаниях.

Эмпатия может проявляться в двух формах - сопереживания и сочувствия. Сопереживание - это переживание субъектом тех же чувств, которые испытывает другой. Сочувствие - это отзывчивое, участливое отношение к переживаниям, несчастью другого (выражение сожаления, соболезнования и т. п.). Первое основано в большей мере на своем прошлом опыте и связано с потребностью в собственном благополучии, с собственными интересами. Второе основано на понимании неблагополучия другого человека и связано с его потребностями и интересами. Отсюда сопереживание более импульсивно, более интенсивно, чем сочувствие. Некоторые социальные психологи полагают, что сопереживание является больше индивидным свойством, поскольку связано с такой типологической особенностью, как слабость нервной системы, а сочувствие - личностным свойством, которое формируется в условиях социального обучения.

Понятие «эмпатия» не связано с какими-либо конкретными эмоциями (как, например, в случае со словом «сострадание») и в равной мере применяется для обозначения сопереживания любым эмоциональным состояниям.

Высказываются предположения, что в нейрофизиологических механизмах эмпатии участвуют зеркальные нейроны. Современные методы нейрофизиологии позволили изучить способность к сопереживанию более конструктивно и содержательно, чем это прежде проделывали философы с помощью умозрительной логики. Мало того, что нейрофизиологи наглядно показали, как и в каких отделах мозга возникает сострадание, но и выяснили, что совесть - необходимый атрибут сострадания.

Несколько лет назад учёные обнаружили, что сочувствие - это не образное выражение, а вполне буквальное. Оно обусловлено способностью человека реально переживать воображаемые ситуации и ощущения, например, те, которые описывает ему собеседник. Несмотря на «воображаемость» ситуации, в мозге слушателя возникает вполне реальное возбуждение тех самых нейронов, которые возбудились бы, случись подобное с ним в действительности. В центрах отвращения возникает возбуждение в ответ на рассказ о неприятных переживаниях товарища, в центрах тактильных ощущений - в ответ на информацию о тактильных ощущениях, то же и с центрами боли. Так что на языке нейрофизиологии сочувствие - это адекватное возбуждение нейронов в ответ на воображаемый сигнал.

Эмпатию мы проявляем к тем людям, с которыми имеем определённую степень схожести в контексте текущих представлений и психоэмоциональных состояний. Зеркальные нейроны отражают потенциальную способность понимать другие существа в соответствии с этой схожестью.

Мы скорее проявляем эмпатию к родным и близким людям, а также к тем, с кем мы идентифицируем себя. Испытывая сострадание, мы не столько думаем о себе, сколько о том, кто страдает. Искренняя симпатия и сочувствие заставляют нас помогать человеку ради него самого. Это чувство возникает совершенно естественно.На мой взгляд, проявление эмпатии может явиться хорошей предпосылкой для проявления альтруизма, поскольку происходит момент открытости, сопереживания и сочувствия собеседнику, желание морально помочь ему.

С позиции ииссиидиологии эмпатию можно рассмотреть немного под другим углом зрения.

Наше Самосознание структурируют разные по своему содержанию и количеству энергоинформационные фрагменты, каждый из которых несет строго определенную информационную основу. Эти фрагменты в зависимости от их информационного содержания принадлежат не только человеческим сознаниям, но и всем типам и видам других существ, населяющих нашу планету (животным, растениям, минералам, жидкостям, газам и т.п.).

Видимая разница между всеми нами, определяемая физической формой, базируется на различных вариантах сочетания между собой этих фрагментов. Эти сочетания, образуя группы (в соответствии с наибольшей сочетаемостью друг по отношению к другу) являются основой всех наших представлений об окружающем мире - СФУУРММ-Форм. Таким образом, весь окружающий мир условно разделён на группы разнородных энергоинформационных взаимосвязей между какими-то строго определёнными информационными фрагментами (из общего их числа), в свою очередь ограниченных схемой синтеза, согласно которой эти взаимосвязи и осуществляются. Каждая из групп соответствует определённым Направлениям развития соответствующих категорий биологических видов, входящих в неё (людей, животных, растений, минералов и т. п.). Эти разновидности форм Самосознаний называются Прото-Формами, а их направленная эволюционная жизнедеятельность - протоформными Направлениями развития. В каждом таком Направлении задействуются информационные фрагменты преимущественно данной схемы синтеза. Как только динамика психо-эмоционального процесса какой-то формы самосознания начинает резонировать с энергоинформационными фрагментами другого протоформного Направления, её биологическая форма, жизненные ценности, психоэмоциональный фон и т.п. претерпевают соответствующие изменения.

Так, при непосредственном длительном и тесном взаимодействии двух различных Прото-Форм, например, собака ↔ человек, минерал ↔ человек, кошка ↔ птица и так далее, между ними происходит активный обмен СФУУРММ-Формами, что приводит к переструктуризации некоторой части энергоинформационных фрагментов каждой из этих Прото-Форм. В таком случае эволюционный процесс каждой из подобных форм самосознаний частично и временно отклоняется от собственного изначального «ориентира» (оно определяется видом биологической формы при рождении) и может значительно увеличить эволюционный путь такой формы в процессе своего развития. Таким образом, для каждого протоформного Направления развития определена своя детализация синтетического процесса, и как только она нарушается (отклоняется «от нормы»), то это отражается на принципах взаимодействия таких форм самосознаний со всем коллективным сознанием своей Прото-Формы.

А теперь детальнее рассмотрим структурную суть Человеческого протоформного Направления развития (ллууввумического). Геному каждого человека соответствуют строго определённые энергоинформационные взаимосвязи, которые, помимо ллууввумического, включают также многочисленные вкрапления энергоинформационных фрагментов других протоформных Направлений. Этот факт влияет на формирование наших вкусов, привычек и черт характера. Такое разнообразие человеческих генотипных «ответвлений» внутри их основного ллууввумического Направления развития порождает как разнообразие отдельных наций, так и групп (политические партии, общества, союзы) и коллективов внутри них. Формирование групп порождает конформность, а значит и избирательность в пользу своей группы в противовес остальным. Отсюда возникает и избирательность в общении между людьми («свой» - «чужой»), неприятие кардинально отличных воззрений, неспособность находить компромисс и прочие характеристики никак не связанные с проявлением такими людьми высокоинтеллектуального Альтруизма и высокочувственного Интеллекта.

Согласно ииссиидиологии человечество может стремительно прогрессировать в ллууввумическом Направлении, придерживаясь именно этих двух основополагающих признаков. И эта часть человечества составляет в настоящее время только 3%

Конечно, существует не только один единственный путь, ведущий людей через развитие в истинно Человеческом Направлении (он субъективно является самым коротким, но и самым трудным, поскольку людям предлагается активно избавляться от эгоизма), есть и множество других, - окололлууввумических («околочеловеческих») Направлений (уже с несколько иной схемой синтеза), которым соответствуют иные условия существования (как биологические, так и психоментальные), с субъективной позиции автора ииссиидиологии уже не столь благоприятных для развития нынешней Человеческой цивилизации.

Из вышесказанного напрашивается вывод: поскольку мы рождены в человеческой форме, то и все принципы, законы, наша подсознательная деятельность, подсказки совести - всё это призывает нас руководствоваться в своих выборах и совершать поступки, базирующиеся именно на Человеческих СФУУРММ-Формах ллууввумического Направления развития (а не кошачьего, например, или собачьего).

Мать, переживающая за своё дитя, способна испытать состояние эмпатии (сопереживания) и погрузиться в него на столько, что может даже пережить те же физические ощущения, что и ее ребёнок. Однако мы не можем «зеркально» сопереживать, например, собакое, хотя предполагаем, что она испытывает боль также как и мы, и накладываем на это свое восприятие. Хотя мы (человек и собака, например) и структурированы похожими энергоинформационными фрагментами, но значительная разница с другой формой самосознания, прослеживаемая в схеме и энергоинформационной наполненности их СФУУРММ-Форм, как раз и не позволяет однозначно интерпретировать психоэмоциональные переживания друг друга. Поэтому переживать идентичные психоэмоциональные состояния или физические ощущения с собакой или любой другой Прото-Формой мы не способны.

Далее, я хочу обратить внимание на такой фактор, играющий важную роль при формировании эмпатичного восприятия, как интеллект. ВИЧ-инфицированные, бездомные, заключенные и представители других меньшинств - некоторые из них оказались в своем положении благодаря череде эгоистичных и безответственных выборов. Порой, слепо и откровенно сопереживая им, не задумываясь при этом о последствиях такого нашего поведения, мы даём им понять, что они правы, и лишаем их возможности поразмыслить, что может быть они были ленивы, аморальны и не способны предвидеть последствия своих поступков и поэтому должны получить то, что заслужили.

Такое однобокое проявление эмпатии можно отнести к эгоистичному акту поскольку сопереживающий, увлекаясь собственными переживаниями, не задумывается о вреде, который таким своим благовидным поступком причиняет другому человеку. Да, в этот момент он позитивен, он сострадает и сопереживает. Однако, последствия такого сопереживания, лишённого разумного подхода, могут сыграть ещё более трагичную роль в судьбе другого человека. На мой взгляд, высокоинтеллектуальный Альтруизм как раз и заключается в том, чтобы не навредить другому своим «добром», пассивно сопереживая и резонируя с его тягостными состояниями (и тем самым лишь заслуживая для себя его доброе расположение), а наоборот помочь ему увидеть причину собственных бед и несчастий с помощью «нужных» слов и поступков, способных глубоко «встряхнуть» его сознание. Необходимо постараться привнести в проявление своего сострадания зерно разумности и суметь донести его до другого, - в этом и заключается высокоинтеллектуальная Альтруистичность.

При этом ни о какой выгоде или вознаграждении у такого альтруистично настроенного помогающего не может идти и речи. Он скорее столкнётся с непониманием и обидой в свой адрес, поскольку такой его интеллектуально-альтруистичный подход будет скорей всего воспринят другой стороной как жёсткость, чёрствость вместо «уместного» с позиции общественной морали сострадания и жалости. Настоящая искренняя благодарность от такой помощи может прийти только спустя время, после полного осознания правильности и действенности такой помощи человеком, его получившим. Таким образом, личность, единственной целью которой является бескорыстная помощь другому, даже не смотря на возможные негативные последствия для себя, по праву может считаться истинно альтруистичной.

Резюмируя вышесказанное, отмечу, что альтруизм, базирующийся только на эмпатии (в частности сопереживании), может представлять определенную проблему в межличностных отношениях. Слепо сопереживая глубоко-эгоистичным людям, такие альтруисты лишают их возможности заметить свои недостатки и стать лучше. Очевидно, наибольшим благом является проявление людьми эмпатии (альтруистичности) основывающейся на интеллектуальности, что и позволяет исключить однобокость восприятия ситуаций при их идентификации, а также их неблагоприятные последствия.

Важным фактором является развитие эмпатии к людям, в отношении которых у нас пока ещё сохраняется тенденция непозитивизма. Всё глубже изучая информацию об энергоинформационной структуре личности (об этом подробно изложено в томах Основ ииссиидиологии) и подключая её в качестве интеллектуальной составляющей в процессе сопереживания и сочувствия, возможно добиться полного понимания практически любого человека. Ведь через процесс понимания происходит гармонизация психоэмоционального состояния человека, а значит он уже способен испытывать радость за других людей.

«Присоединение» недостающей информации о поведенческих схемах объектов окружающей среды, которые ранее возможно вызывали непонимание, осуждение и даже враждебность, приводит к эмпатичным состояниям, позволяющим позитивно воспринимать (сострадать, сопереживать, сочувствовать) группы малознакомых людей, не вдаваясь в подробности, кто из них более и менее «приятный», «чужой» или «свой». Так постепенно от интеллектуального Альтруизма человек переходит к культивированию в себе высокоинтеллектуального Альтруизма.

2.5. Самоактуализация

Самоактуализация (от лат. actualis — действительный, настоящий; самовыражение) — стремление человека к возможно более полному выявлению и развитию своих личностных возможностей. В некоторых направлениях современной западной психологии самоактуализация выдвигается на роль главного мотивационного фактора. Подлинная самоактуализация предполагает наличие благоприятных социально-исторических условий. Это процесс полного разворачивания личностного потенциала, раскрытие в человеке того лучшего, что заложено в нём с рождения. Самоактуализация не имеет внешней цели и не может задаваться социумом: это то, что идёт изнутри человека, выражая его внутреннюю (позитивную) природу.

Это понятие по смыслу очень напоминает мне суть термина «духовность». Однако, в отечественной социологии, культурологии и публицистики «духовностью» часто называют объединяющие начала общества, выражаемые в виде моральных ценностей и традиций, сконцентрированные, как правило, в религиозных учениях и практиках, а также в художественных образах искусства. Здесь отчётливо прослеживается влияние на понятие духовности социумных, исторически сложившихся религиозных предпосылок.

В то время как в современном западном религиоведении духовность в наиболее общих чертах характеризуют как «жизнь, проживаемую в полноте уникального опыта внутренних переживаний человека», в которых могут присутствовать традиционные западные культурные «символы» и другие значимые для человека образы. Как отмечает английский социолог и доктор философии Айлин Баркер, духовность отличается от религиозности тем, что источником последней является внешний мир в виде предписаний и традиций, тогда как источником духовности является внутренний опыт человека. На мой взгляд, при описании процессов духовного устремления и личностного роста, исключающих всякий религиозный подтекст, предпочтительнее использовать термин самоактуализация.

Понятие "самоактуализация" - одно из ключевых в гуманистической психологии. Сущность самоактуализации сложна, и далеко не всегда она в равной степени радует и человека, и окружающих. Самоактуализация встречается разных видов.

Активная - это быстрое, стремительное желание и использование всех средств для этой реализации. При этом индивид стремится достичь её как можно быстрее, видит в этом свой смысл жизни. Осторожная самоактуализация - это несколько замедленный тип, он характеризуется своей скачкообразностью. Пассивная - это просто естественный рост человека, как физически, так и интеллектуально. Глубокая - это в первую очередь стремление достичь своей цели. Она может быть на протяжении всей жизни или переходить в поверхностную - когда человек теряет ту стремительность, какая была раньше, под действием стандартов и запретов общества. Гармоничная - такая самоактуализация, при которой человек реализует себя в нормальном темпе, без вреда своей психике и без лишней спешки, проблемная же, наоборот, - беспорядочная и не продуманная реализация, не приносящая пользы человеку. Вид самоактуалицации личности зависит от протоформности конфигурации её самосознания.

Психолог, основатель гуманистической психологии А. Маслоу писал: «Лучшим путём к хорошей жизни для пациента может быть только один: еще более быть самим собой, научиться высвобождать подавленное, познавать собственное Я, прислушиваться к "голосу импульса", раскрывать свою величественную природу, достигать понимания, проникновения, постигать истину - вот, что требуется».

Потребность в самоактуализации рождает в человеке потребность стать лучше, совершеннее. Он подсознательно понимает, что для того, чтобы изменить свою жизнь в благоприятном направлении или добиться своей глобальной цели, нужно многое изменить прежде всего в самом себе, путём самопознания, самосовершенствования и принятия всё более далёких от эгоизма решений. Ведь человек может быть счастлив, когда достигает полной самореализации в творческом процессе, а этот процесс глубоко завязан на служении именно общественным интересам. Всё личное при этом постепенно теряет смысл.

Цели в жизни людей бывают разными и иногда могут не согласовываться с Человеческим Направлением развития. Поэтому, в рамках именно ллууввумического Направления, обусловлю средства для их достижения искоренением в себе эгоистических тенденций, поставив в противовес культивирование одного из важнейших Человеческих качеств - высокоинтеллектуального Альтруизма. Учитывая это, самоактуализацию смело можно добавить в число важных факторов, сопутствующих развитию в самосознании личности альтруистических тенденций.

2.6. Религиозные чувства

Задумывались ли вы, почему в современном обществе в роли всего самого высоко чувственного и глубоко душевного выступает именно религиозное понятие «Бог»? Мне кажется, что в представлениях людей никаких других аналогий, позволяющих хоть как-то адаптировать для собственного восприятия образ чего-то несоизмеримо лучшего и более значимого, чем они сами, пока не существует. Поэтому такой эталонный образ «Бога» очень необходим на первоначальном этапе самопознания личности: слияние воедино её прагматичного ума с совершенно новыми для неё религиозными чувствами, всё разнообразие которых уже много тысячелетий наполняет собой информационное пространство человеческих представлений, позволяет испытать более возвышенные ощущения и перейти на более высокий уровень самоактуализации.

Однако, всё глубже уходя сознанием в религиозную мораль, загоняющую в рамки догматов и религиозных аксиом, такая личность неосознанно «отрезает» себя от доступа к информации, объясняющей, например, суть мироустройства и роль Человека в нём (о чём подробно излагает ииссиидиология), познав которую, он мог бы значительно расширить своё мировоззрение и раскрыть собственный внутренний потенциал. Совершенствуя свой образ мышления на базе изучения новой информации и развивая тем самым свою интуицию, такая личность, будучи самостоятельно способной не только понять, но и объяснить различные категории причинно-следственных взаимосвязей, вскоре перестаёт нуждаться в подобных ассоциативных объектах, ещё глубже осознавая свою целостность и единство со всем сущим. Но об этом чуть позже.

Религиозность позволяет более надёжно прогнозировать поведение человека, когда речь идет об оказании долговременной помощи.

Социологи выяснили, что альтруистичные поступки могут быть мотивированы чувством вины. Поэтому, наше страстное желание творить добро после того, как был совершен неблаговидный поступок, отражает как нашу потребность в уменьшении личного чувства вины и в восстановлении пошатнувшегося самоуважения, так и наше стремление к позитивному публичному имиджу. Исповедь является следствием осознания собственного проступка. Как это ни парадоксально, её факт снижает потребность в совершении добрых дел.

Основываясь на информации книг по ииссиидиологии, рассмотрим, каким же образом религиозные чувства (не путать с нынешней общепринятой религиозной моралью) влияют на совершенствование в сознании личности механизма принятия всё более и более альтруистичных выборов.

У эгоистичного человека такие выборы очень слабо или совершенно никак не проявлены, но в процессе самоактуализации (в ллуувумическом Направлении) в его деятельности появляется естественная потребность в том, чтобы всё чаще, прислушиваясь к голосу собственной совести, испытывать более сложные переживания и реализовываться в принятии уже более радикальных (противоречивых по смыслу) решений.

Каждый акт проявляемого им примитивного альтруизма (реализация в том, что внешне противоречит его интересам) поначалу внутренне мотивируется ещё глубоко эгоистичными понятиями. При осуществлении этого процесса, такая личность получает как материальное (повышаются критерии ценностей), так и моральное, психологическое удовлетворение. Постепенно наступает зависимость от этих приятных переживаний и личность начинает испытывать более насущную потребность в них. Неизбежным следствием этих позитивных состояний становится переоценка жизненных ценностей и понижение в сознании интереса к прежним своим эгоистичным реализациям. В процессе переосмысления своих отношений с окружающим миром у личности появляется потребность в более глубоком понимании смысла всего происходящего с ней самой и вокруг неё. Так человек из эгоистично-атеистического состояния постепенно приходит к принятию той или иной религиозной (или эзотерической) концепции мироустройства.

При углублении в духовных представлениях, мотивации реализуемых человеком альтруистичных выборов всё больше теряют свою эгоистичную окраску, смещаясь в сторону установления более глубоких отношений с «Богом» («Буддой», «Творцом», «Иеговой», «Яхве», «Саваофом», «Ишварой», «Дао», «Христом», «Аллахом» и т. п.), который в его восприятии олицетворяет всё самое совершенное, гармоничное, всемогущее и человечное (поскольку во всех конфессиях «Бог» на Земле представлен через своего совершенного «Сына»). При формировании таких представлений, каждый поступок и выбор такого человека сверяется с таким идеалом и воспринимается им как его духовная жертва этому «Богу», как потребность в своих поступках хоть в чём-то приблизиться к нему.

При этом материальная заинтересованность от альтруистичного поступка постепенно теряет свою актуальность, а выброс гормонов (эндорфинов), стимулирующих несравнимое ни с чем высокочувственное состояние, воспринимается как свидетельство проявления «неземной Благодати», ниспосланной ему «Богом» за благовидный поступок. Такие переживания служат стимулом для реализации в ещё более радикальных альтруистичных выборах.

В соответствии с ииссиидиологическими представлениями образ «Бога», индивидуально и субъективно формируемый в сознании каждого человека, является подсознательно воспринимаемой им Формой «Самого Себя», демонстрирующей все те потенциальные возможности, способности и наклонности, которыми сама «личность» очень хотела бы обладать (и уже обладает в сценариях ллууввумической будущности), но которые представляются ей пока совершенно недостижимыми. Эти устойчивые позитивные представления становятся основой для проявления в сознании данной личности того внутреннего позитивного эффекта, который обычно определяется ею как совесть.

Интуитивно ориентируясь своим сознанием именно на собственный скрытый потенциал (под ним и подразумевается тот недостижимый «Бог») и сверяя с ним качественность своих мыслей и поступков, такая личность будет стараться соответствовать этому виртуальному образу, работая над собой, внедряя и развивая признаки и качества, которые, как она предполагает, обязательно должны присутствовать в её самосознании в будущем.

Позитивное влияние на альтруистичные выборы человека религиозных чувств я бы обусловила таким фактором как интеллект, отсутствие которого может склонить такую личность к крайней религиозности, делающей из неё фанатично верующего человека. Интеллектуальность здесь выражается анализом, позволяющим личности свободно сопоставлять факты сообразно своим ощущениям, интуиции, «голосу совести», здравому смыслу. Разумно взвешивая информацию, поступающую извне, такая личность может избежать однобокости восприятия реальной действительности.

Таким образом, можно сделать вывод, что религиозные чувства (в союзе с интеллектуальностью) на первоначальном этапе выхода человека из эгоистических тенденций способствуют эволюции его самосознания в ллууввумическом Направлении развития.

Человеческое общество выработало этические и религиозные правила, которые играют роль тормозов для биологической предрасположенности в пользу эгоизма. Однако некоторые правила, считающиеся общественной моралью, могут вступать в противоречия с нравственностью и порождать внутренние конфликты при совершении истинно альтруистичных выборов. Так, у Гегеля нравственность — это внутренняя установка индивида действовать согласно своей совести и свободной воле — в отличие от морали, которая, наряду с законом, является внешним требованием к поведению индивида.

Отмечу, что что мораль сообщества может базироваться на далёких от ллууввумического Направлениях развития принципах и олицетворять собой догматы, выгодные данному обществу для успешного управления им. Нравственность такого общества, как правило, подменяется религиозными воззрениями и образуется своеобразный элемент религиозной морали.

Нравственность личности базируется на интуитивности, совести, как следствие интуитивного устремления к своим истинно Человеческим (ллууввуумическим) истокам. Совесть может достаточно устойчиво противостоять различным проявлениям эгоизма, хитрости и всего прочего. Участие совести в совершении выбора зависит от степени влияния на сознание личности эгоистичных СФУУРММ-Форм. Состояние уныния, тревоги или неудовлетворённости, следующее за поступком, с позиции совести свидетельствует о неллууввумическом выборе. Состояние радости наоборот свидетельствует о верно принятом решении.

Совестью в современном обществе называется проекция духовности в индивидуальном сознании. Ближайшим механизмом ллууввумического Направления с позиции Ииссиидиологии - также является совесть. Почему это так происходит?

В предыдущем своём реферате я уже постаралась раскрыть смысл понятия высокоинтеллектуальный Альтруизм. В «союзе» с высокочувственным Интеллектом эти два личностных качества составляют неотъемлемую часть нашего будущего Человеческого жизненного творчества, являясь как общей мотивационной основой для осуществления наших глобальных целей, так и образом жизни.

Осознанно игнорируя разнопротоформные варианты своего развития (искореняя в себе эгоизм и выбирая таким образом более короткий путь к собственному эволюционированию), личность интуитивно следует в своих выборах ллууввумическому Направлению развития. Но как, спросите вы, можно осознанно игнорировать то, с чем личность «сроднилась» в течение многих лет?

«Согласно знанию ииссиидиологии, окружающая действительность основана на одновременном и параллельном существовании бесконечного количества миров и, как следствие этому,- можно утверждать, что в мироздании уже существуют абсолютно все потенциальные варианты наших выборов и судеб.

Таким образом, каждый из нас, при помощи своеобразной «настройки» своего сознания на желаемую «волну», может при помощи осознанного контроля над своими мыслями и чувствами творить свою судьбу, получая индивидуальный жизненный опыт. Это возможно потому, что каждый из миров, формирующих наши сценарии развития, обладает уникальной энергоинформационной составляющей, то есть, имеет индивидуальные характеристики формы (энергии - биологическое тело) и самосознания (информации - мыслей, чувств, намерений). Поэтому, как только мы хоть чуть изменяем качественность наших мыслей, мы сразу же меняем сценарий развития» .

Из всего этого спектра возможностей (условно для одной личности в конкретный момент её жизни) можно выделить как наиболее благоприятные сценарии её развития, так и самые неблагоприятные, которые в обиходном рассмотрении принято называть неудачей, чёрной полосой, чередой неприятностей, злополучием, невезением, поражением и др. Попадание в спектр неблагоприятных сценариев свидетельствует о наличии активности в сознании разнопротоформных энерго-информационных фрагментов, которые (чтобы оставаться Человеком) требуется аннигилировать личности (путём проведения анализа причинности сложившихся обстоятельств и нахождения мотиваций для выхода из неблагоприятной ситуации), получая при этом именно Человеческий опыт. Тут и приходят на помощь интуиция и совесть.

Интуиция в данном случае является «средством», помогающим почувствовать или «увидеть» приближение неблагополучного исхода ситуации ещё задолго до наступления явных признаков этого. Личность как-бы «считывает» информацию с параллельных сценариев, где есть разные варианты разрешения ситуации. Сопоставляя её с имеющимся положением вещей человек понимает, что будет лучше поступить именно «так» (например, простить, понять, уступить, проявить сочувствие, альтруизм и т. п., нежели получить неприятности в виде увольнения с работы или ДТП), не понимая иногда до конца истинных причин подталкивающих её к такому выбору.

Угрызения совести позволяют понять, что выбор был неверным и таким образом «подталкивают» личность исправить ситуацию. И снова происходит сопоставление информации с уровней интуитивного чувствования (в сценариях, где он поступил немного лучше из всех возможных на тот момент вариантов) с тем выбором, который был только что совершён. Поэтому можно только предполагать, куда (в какие протоформные Направления) эволюционирует в своем развитии человек, игнорирующий проявления совести.

Подводя итог вышесказанному в этом разделе реферата, хочу сказать, что на этапе становления личности и культивирования ею альтруистичных тенденций, религиозность может сыграть положительную роль. Рассуждая о разных степенях влияния на человека религиозности отмечу, что с одной стороны при чрезмерной активности интеллекта в ущерб развитию высокой чувственности человек скорее становится атеистом и ему не понятны различные теории существования некой эфемерной «высшей материи». С другой стороны, умеренное критичное (интеллектуальное) отношение к религиозным догматам снижает степень чрезмерно чувственных проявлений фанатично верующей личности, и при этом подталкивает к поиску более детальных ответов, способных удовлетворить её морально-нравственные запросы.

Таким образом, когда первоначальный этап познания себя в религиозности исчерпывается в силу недостаточной «информационной ёмкости» последней, то для того чтобы обосновывать те или иные явления, и удовлетворить растущее желание глубже разобраться в причинности происходящих событий, у человека неизбежно наступает следующий этап более глубокого самопознания на базе интуитивного чувствования и применения новейших знаний, уже доступных на сегодняшний день человечеству.

3. Вывод

Изучая факторы проявления альтруизма, я постаралась подробно освятить этот вопрос включив в описание не только экпериментальные данные социальной психологии, но и новую информацию из ииссиидиологии.

Итак, факторами проявления человеком альтруизма может послужить утверждение эволюционной теории о том, что группы альтруистов выживают успешнее, чем группы не альтруистов. Однако данный вид альтруизма непременно сопровождается эгоистичными тенденциями, хотя бы потому, что члены этой группы руководствуясь целью выживания, прибегают к различным способам взаимовыгодных отношений. Теория социального обмена утверждает, что здоровье общества базируется на взаимном доверии и поддержке. Здесь, на мой взгляд сквозит немалая доля прагматизма и расчётливости в отношениях, что свидетельствует об их слабой высокочувственной базе, сомнительной нравственности и, как следствие,- недолговечности таких отношений.

Теория социальной ответственности предписывает помогать без оглядки нуждающимся, не рассчитывая при этом на какую бы то ни было компенсацию в будущем. Этот способ культивирования альтруизма, на мой взгляд, является хорошей нравственной платформой для той общественной категории общества, которая пока находится на первоначальных этапах своего личностного становления. Вспомним для примера пионерские законы и обычаи прошлого столетия: «пионер ежедневно помогает трудовым собратьям в строительстве коммунистического общества»; «пионер трудолюбив и уважает полезный труд»; «пионеры не боятся предлагать свои услуги людям». Морально-нравственные нормы общества советского периода очень хорошо стимулировали молодёжь на альтруистичный труд и способствовали закреплению в её поведенческих реакциях схем и правил определённого уровня человечности.

Проведённые американскими социальными психологами исследования показали, что на проявление альтруизма также влияет демонстрация его другими людьми, будь то повседневная жизнь, или ориентированные на это телепередачи, публицистика.

К сожалению, в настоящий момент таких морально-нравственных стимулов практически не существует в нашем обществе. Позитивных примеров также ничтожно мало, поскольку человеческое сообщество пока лишено новой высококачественной и в то же время общедоступной идеи, которая способна объединить миллионы в устремлении к единой для большинства людей высокой цели, которая бы чётко определяла на каком научно-духовном базисе должно строиться наше будущее.

Можно с полной уверенностью согласиться с утверждением о том, что мы рождаемся на свет эгоистами. Альтруизм приобретается с возрастом по мере того, как дети и подростки взрослеют в социальной среде, способствующей проявлению этого качества. Они самостоятельно учатся проявлять его, показывая также своим примером позитивный эффект от нестандартных моделей поведения, а также приучаются смотреть на мир глазами других людей, всё глубже понимая необходимость, своевременность и уместность альтруистичных актов. Чем больше человек склонен к сопереживанию, тем выше его готовность к помощи в конкретном случае. Искренняя симпатия и сочувствие заставляют нас помогать человеку ради него самого. Это чувство возникает совершенно естественно.

Интеллект без параллельного культивирования альтруизма может завести человечество в эволюционный тупик, из которого будет очень сложно выйти. Для личности, руководствующейся в своих выборах, например, рационализмом, очень трудно совершить поступок, базирующийся на интуиции или эмпатии, и наоборот.

Альтруизм, базирующийся только на эмпатии (в частности сопереживании), может представлять большую угрозу для общества. Слепо сопереживая глубоко-эгоистичным людям, такие альтруисты лишают их возможности заметить свои недостатки и стать лучше. Очевидно, наибольшим благом является проявление людьми «интеллектуальной» эмпатии. Так постепенно от «чувственной» эмпатии через глубокое понимание («интеллектуальную» эмпатию) человек постепенно переходит к культивированию в себе уже совершенно нового качества - высокоинтеллектуального Альтруизма. Таким образом интеллект косвенно можно отнести к факторам проявления высокоинтеллектуального Альтруизма

Ещё одним фактором проявления альтруизма на мой взгляд, является глубокая самоактуализация. При этом человек не только развивает в себе интеллектуально-альтруистичные тенденции, но и параллельно задумывается об искоренении мешающих личностному росту эгоистических тенденций.

Совесть и интуиция также играют не последнюю роль, выводя личность на более правильные решения, и тем самым опосредованно задействуют проявление наилучших качеств в человеке, которые и определяют его Человеческим существом, а не животным. К слову сказать, ни одному животному не свойственно одновременное проявление в своих мотивациях и выборах интеллекта и альтруизма.

На этапе становления личности и перехода к культивирования ею альтруистичных тенденций, религиозность также может сыграть положительную роль. Однако, к огда первоначальный этап познания себя личностью в религиозности исчерпывает сам себя в силу недостаточной «информационной ёмкости», чтобы обосновывать те или иные явления неизбежно наступает следующий этап более глубокого самопознания на базе интуитивного чувствования и применения новейших знаний, доступных на сегодняшний день человечеству.

Психология в своих лучших образцах всегда думала об улучшении человеческой природы. И всегда перед исследователями открывались два принципиально различных пути: бороться с человеческими недостатками или создавать условия для проявления и закрепления наилучших качеств. Посмотрим на эту проблему в рамках конкретной и весьма актуальной темы – альтруизм в человеческих отношениях.

Альтруистическое поведение– поступки, направленные на благо другого человека, при том что у донора есть выбор, совершать их или нет.

Почти вся научная информация, касающаяся альтруизма, в русскоязычной литературе имеет американское происхождение. Однако и в американской психологической науке изучение помогающего поведения, по мнению Х. Хекхаузена, шло по боковым, крайне заросшим путям, а на психологических магистралях – изучение ненормальных и неприглядных сторон человеческой натуры. Причин столь пренебрежительного отношения к изучению просоциального поведения много.

Господствовавшие психологические школы, психоанализ и классическая тео­рия научения достаточно скептически относились к возможности проявления собственно альтруистического поведе­ния, т. к. считали, что даже в конечном счете оно служит достиже­нию тех или иных собственных целей субъекта .

Психоанализ искал стоящие за альтруистическим поведением вытесненные влечения .

Согласно же фундаментальному для тео­рии научения гедонистиче­скому принципу, помогающий субъект всегда должен был иметь позитивный баланс подкрепления . В час­тности, отмечается феномен, который получил на­звание "парадокс альтруизма ". Это обычно действия, когда помогающий при­чиняет своим действием ущерб себе лично, причем, что особенно примеча­тельно, часто даже предвидя этот ущерб заранее, он не отказывает­ся от оказа­ния помощи . Возможным объяснением этого может быть то, что при отсутст­вии внешних подкреплений помогающий (испы­тывая сочувствие, сострадание, эмпатию) в конечном счете сам подкрепляет себя за свое бескорыстное дейст­вие.

Под оказанием помощи , альтруистическим или просоциальным (эти термины используются как взаимозаменяемые) поведе­нием обычно понимаются любые действия, направленные на благопо­лучие других людей . Действия эти часто весьма многооб­разны. Их диапазон может простираться от проявлений любезнос­ти, благотворительной деятельности до помощи человеку , оказав­шемуся в опасности, попавшему в трудное или бедст­венное поло­жение, и даже вплоть до его спасения ценой собственной жизни.

Просоциальное поведение может быть оценено и измерено по затратам помо­гающего . Например, по интенсивности внимания, объему времени, количеству труда, значительности денежных рас­ходов, отодвиганию на задний план или отказу от своих желаний и планов, самопожертвованию .

Г. Мюррей в своем пе­речне мотивов ввел для деятельности помощи особый базовый мотив , назвав его заботливостью (пееd nиrtиrапсе). Отличительные признаки соотвествую­щих ему действий он описывает следующим образом: "Вы­казывать сочувствие и удовлетворять потребности беспомощного другого - ребенка или любого другого, который слаб, покалечен, устал, неопытен, немощен, унижен, одинок, отвержен, болен, ко­торый потерпел поражение или испытывает душевное смя­тение. Помогать другому в опасности. Кормить, опекать, поддерживать, уте­шать, защищать, успокаивать, заботиться, исцелять ".

Дж. Макоули и И. Берковитц определяют альтруизм как "по­ведение, осуще­ствляемое ради блага другого человека без ожида­ния какой-либо внешней на­грады ".

Однако то, что в конечном счете идет на пользу другому и поэ­тому на пер­вый взгляд представляется деятельностью помощи, мо­жет, тем не менее, опре­деляться совершенно различными движу­щими силами. В отдельных случаях возникают сомнения в том, насколько оказывающий помощь руководствуется в первую оче­редь заботой о благе объекта его помощи, т. е. насколько им движут альтруистические побуждения. В связи с этим Бьерхофф (1990) выделил два условия , определяющих просоциальную реакцию:

намерение действовать на благо другому;

свобода выбора (то есть действия не по профессиональной обязанности).

Х. Хекхаузен, просмотрев множество научных определений, пришел к выводу, что великолепный пример альтруистического поведения – притча о добром самаритянине, описанная в Евангелии: «… Некоторый человек шел из Иерусалима в Иерихон и попался разбойникам, которые сняли с него одежду, изранили его и ушли, оставивши его едва живым. Самаритянин, проезжая, нашел на него и, увидев его, сжалился и перевязал ему раны, возливая масло и вино; и, посадив его на своего осла, привез в гостиницу и позаботился о нем; а на другой день, отъезжая, вынул два динария, дал содержателю и сказал ему: позаботься о нем; и если издержишь что более, я, когда вернусь, отдам тебе».

Альтруистический поступок самаритянина так примечателен потому, что

    он осуществлялся при отсутствии социального давления;

    не на глазах у способного оценить его зрителя;

    ему не были предписаны жесткие моральные нормы (как священнику);

    потому, что он взял на себя труд и затраты, не надеясь на вознаграждение.

Со времен создания великих гуманистических учений – Христа, Будды, Магомета – альтруизм был и остается величайшей ценностью человечества, его воспевают в литературе и передают на словах своим детям как наилучший образец для подражания родители почти всех континентов и стран.

1. 2 Мотивы альтруизма. Социальный обмен (оказание помощи как замаскированный эгоизм).

Главный вопрос исследования альтруизма – это вопрос о мотивах, лежащих в основе таких реакций. Ученые, которые провели исследование на тему вмешательства очевидцев в чрезвычайные ситуации, не смогли обнаружить личностных детерминант оказания помощи, т.е. прямое влияние личностных черт на склонность к оказанию помощи не обнаружено. Нет такой личностной черты – альтруизм.

Одно из объяснений альтруизма дает теория социального обмена: человеческое взаимодействие направляется «социальной экономикой». Мы обмениваемся не только материальными благами и деньгами, но и социальными товарами – любовью, услугами, информацией, статусом. Согласно теории соц. Обмена людьми движет желание достичь максимально положительного для себя результата при минимуме расходов, в крайнем случае достичь равновесия цены и награды. Они взвешивают затраты и пользу. (В данном случае предпосылкой к просоци­альному поведению становится вычисление помогающим субъектом соотно­шения затрат и пользы действий в случае оказания и неоказания им помощи и сопоставлению между собой полученных знаний).

Люди, вступая в меновые отношения, стремятся получить вознаграждение. Эти вознаграждения могут быть внешними и внутренними. * Когда какой-нибудь человек, предлагает свои услуги, чтобы получить признание или добиться дружбы, выгода является внешней. Мы даем, чтобы получить. (*Например, поп- звезды - Пол Маккартни – получают некоторые преимущества, жертвуя деньги и время нуждающимся, т.к. своими альтруистическими действиями способствуют популярности своих записей).

Выгоды от оказания помощи могут включать внутренние самовознаграждения. *Если мы помогаем страдающему человеку, мы можем добиться не только общественного одобрения, но и уменьшить собственные страдания (избавиться от дискомфорта) или подняться в собственных глазах(повышениеСО).

Д. Майерс приводит доводы Авраама Линкольна в пользу того, что эгоизм толкает на совершение всех хороших поступков. (Эгоизм – мотивация к тому, чтобы улучшитьсвое собственное благополучие .) Линкольн, увидев, что в пруд, мимо которого проезжала в это время его карета, упали поросята и тонут, а свинья производит ужасный шум, бросился в воду и вытащил поросят. Объяснил он свой поступок тем, что не смог бы целый день успокоиться, если бы проехал мимо и заставил бедную свинью волноваться за своих крошек.

Альтруистические поступки усиливают наше чувство собственного достоинства. Опросы доноров в исследовании Дж. Пильявин показали, что сдача крови заставляет их думать о себе лучше, дает чувство самоудовлетворения.

Но являются ли такие поступки истинно альтруистическими? Мы называем их истинно альтруистичными только потому, что выгоды от них не бросаются в глаза. Б.Ф.Скинер (1971), проведя анализ альтруизма, сделал вывод, что мы уважаем людей за хорошие поступки только тогда, когда мы не можем объяснить эти поступки. Мы объясняем поведение этих людей их внутренними диспозициями только тогда, когда нам не хватает внешних объяснений. Когда же внешние причины очевидны, мы исходим из них, а не из особенностей личности.

Таким образом, альтруистическое поведение не обязательно бескорыстно. Во многих случаях оно –явно или неявно – вознаграждается.

Анализ затрат и выгод объясняет, почему свидетели, наблюдавшие за хулиганствующими подростками, казались пассивными. Они отнюдь не были апатичными, даже наверняка испытывали сильное потрясение, но были парализованы страхом возможных потерь в случае их вмешательства.

1.3 Просоциальное поведение, мотивированное сопереживанием. Альтруизм, основанный на сочувствии.

Помимо внешнего и внутреннего подкрепления существует еще один мотивационный принцип - подкреп­ление сопереживанием . Психолог Дэниэл Батсон (1991, 1995) утверждает, чтопросоциальное поведение мотивируется какэгоистически, так и бескорыстно (альтруистически). Так, огорченные чем-либо, мы стремимся облегчить наши страдания, либо уклоняясь от неприятных ситуаций (как священник и левит в притче), либо оказывая помощь (как самаритянин).

В тех же случаях, когда мы чувствуем привязанность к кому-либо, мы испытываем эмпатию (сочувствие ), считает Батсон. Так, любящие родители страдают, когда страдают их дети, и радуются вместе с ними.Испытывая эмпатию, мы обращаем свое внимание не столько на собственный дискомфорт, сколько на страдания других . Подлинноесочувствие мотивирует нас помогать другому в его собственных интересах . Такая эмпатия возникает естественным путем. Даже младенцы одного дня от роду начинают плакать сильнее, когда слышат, как плачет другой ребенок. В родильных домах плач одного ребенка иногда вызывает целый хор плачущих голосов. Возможно, мы появляемся на свет с врожденным чувством эмпатии.

Таким образом, под альтруистической мотивацией понимается сочувствие, которое заставляет волноваться о благополучии другого. Эмпирические данные подтверждают, что сочувствие(эмпатия) и просоциальное поведение прямо связаны друг с другом .

Чтобы отделить эгоистическое стремление к уменьшению собственного дистресса от альтруистической эмпатии, исследовательская группа Батсона провела изучение того, что вызывает эмпатию. *Идея эксперимента состояла в том, чтобы столкнуть испытуемых и жертву, оставив первым путь к отступлению. Если испытуемый руководствуется эгоистическими мотивами, он предпочтет уход, чтобы уменьшить собственный дискомфорт (дистресс) (огорченные чем-либо, мы стремимся облегчить наши страдания уклоняясь от неприятных ситуаций). Наоборот, испытуемые с альтруистической мотивацией, вероятно, не уйдут, т.к. желание облегчить страдания жертвы не исчезнет с уходом.

В эксперименте Батсона студентки наблюдали за Элайн, доверенным лицом экспериментатора, которая якобы подвергалась воздействию электрошока. Во втором опыте она сделала вид, что очень страдает, поэтому экспериментатор спросил, может ли она продолжать участвовать в эксперименте. Получив отрицательный ответ, он предложил наблюдательнице (истинной испытуемой) продолжить эксперимент, взяв на себя роль жертвы, подвергавшейся воздействию тока. В одном случае испытуемым внушили, что страдающая женщина разделяет многие их мировоззренческие установки (тем самым увеличив их эмпатию). В другом случае испытуемые считали, что Элайн придерживается противоположных установок (повышали эгоистическую мотивацию). Кроме того, регулировалась затрудненность ухода. В одном случае испытуемые верили, что после второго опыта можно покинуть комнату наблюдения и им не придется наблюдать за страданиями Элайн. В другом случае им говорили, что они должны наблюдать эксперимент до конца.

Гипотетически предполагалось, что испытуемые в условиях возможности легко уйти и несходства установок будут помогать неохотно, а при остальных условиях будут демонстрировать высокую готовность помочь. Результаты подтвердили это предположение «один к трем»: только 18% испытуемых готовы были помочь в условиях легкости/несходства, при трех остальных условиях количество помощников оказалось гораздо выше.

Эксперимент показал, что субъекты, которые признались, что в ответ на опасностьощущали в первую очередьличный дискомфорт, действовали строго в соответствии с ситуацией , тогда каксубъекты, признавшиеся, что в первую очередьсочувствовали жертве, действовали альтруистически , внезависимости от условий , конструирующих ситуацию.

Таким образом, утверждает Батсон, альтруизм мотивируется именно сочувствием .Сочувственное участие как характеристика личности может считаться постоянной альтруистической мотивацией, а всегдашнее преобладание личного дискомфорта – как прочная эгоистическая ориентация.

Альтруизм – от латинского слова «alter», что в переводе означает «другой» или «другие». Это принцип нравственного поведения человека, подразумевающий бескорыстность в действиях, направленных на удовлетворение потребностей окружающих людей, с ущемлением собственных интересов и выгод. Иногда в психологии альтруизм расценивается либо как аналог, либо как составляющая просоциального поведения.

Впервые сформулировано понятие альтруизма, в противовес эгоизму, французским философом, основоположником социологии Франсуа Ксавье Контом в первой половине XVIII века. Изначальное его определение звучало так: «Живи ради других».

Теории альтруизма

Выделяют три основных взаимодополняющих друг друга теории альтруизма:

  • Эволюционная. Базируется на понятии «сохранение рода – движущая сила эволюции». Сторонники этой теории считают альтруизм биологически запрограммированным качеством живых существ, максимально способствующим сохранению генотипа;
  • Социального обмена. Подсознательный учет в любых ситуациях базисных ценностей социальной экономики – чувств, эмоций, информации, статуса, взаимных услуг. Став перед выбором – оказать помощь или пройти мимо, человек всегда инстинктивно просчитывает последствия решения, мысленно соизмеряя затраченные усилия и полученные бонусы. Данная теория трактует предоставление бескорыстной помощи как глубинное проявление эгоизма;
  • Социальных норм. По правилам социума, определяющим поведенческие обязанности индивида в границах, называемых нормами, оказание бескорыстной помощи – естественная необходимость человека. Современные социологи выдвинули данную теорию альтруизма, как базирующуюся на принципах взаимности – обоюдная поддержка равных, и социальной ответственности – содействие людям, заведомо не имеющим возможности ответить взаимностью (дети, больные, пожилые, малоимущие). Мотивацией альтруизма в обоих случаях являются социальные нормы поведения.

Но ни одна из этих теорий не дает полного, убедительного и однозначного объяснения природы альтруизма. Вероятно потому, что это качество человека также следует рассматривать в духовной плоскости. Социология же – наука более прагматичная, что существенно ограничивает ее в изучении альтруизма как свойства человеческого характера, а также в выявлении мотивов, побуждающих людей поступать бескорыстно.

Один из парадоксов современного мира состоит в том, что общество, давно и прочно развесившее ценники на все – от материальных благ до научных достижений и человеческих чувств – продолжает порождать неисправимых альтруистов.

Виды альтруизма

Рассмотрим основные виды альтруизма, с точки зрения вышеизложенных теорий в применении к определенным ситуациям:

  • Родительский. Иррациональное бескорыстно-жертвенное отношение к детям, когда родители готовы отдать не только материальные блага, но и собственную жизнь ради спасения своего ребенка;
  • Нравственный. Реализация своих духовных потребностей для достижения состояния внутреннего комфорта. Например, волонтеры, бескорыстно ухаживающие за неизлечимо больными, проявляют сострадание, довольствуясь моральным удовлетворением;
  • Социумный. Вид альтруизма, распространяющийся на ближнее окружение – знакомых, коллег, друзей, соседей. Безвозмездные услуги этим людям делают существование в определенных группах комфортнее, что позволяет некоторым образом ими даже манипулировать;
  • Сочувственный. Людям свойственно испытывать эмпатию, представлять себя на месте другого человека, сопереживая ему. В такой ситуации оказание кому-либо поддержки из альтруизма потенциально проецируется на себя. Отличительная особенность данного вида помощи – она всегда конкретна и нацелена на реальный конечный результат;
  • Демонстративный. Выражается в автоматическом, на уровне подсознания, выполнении общепринятых норм поведения. Содействие, оказываемое из такого рода побуждений, можно охарактеризовать выражением «так положено».

Зачастую проявление милосердия, филантропии, бескорыстия, жертвенности трактуют как альтруизм. Но есть основные отличительные особенности, которые только в комплексе присущи именно альтруистическому поведению:

Альтруизм помогает раскрыть потенциальные возможности личности, поскольку ради других человек часто способен сделать гораздо больше того, что делает для себя. При этом такие поступки придают ему уверенности в собственных силах.

Многие психологи уверены, что склонность к альтруизму у людей напрямую связана с ощущением счастья.

Примечательно, что ученые-зоологи отмечают проявления альтруистического поведения в естественной среде обитания у дельфинов, обезьян и воронов.